July 4th, 2016

Июль и мы.

      Мы с мужем пьём утренний кофе. Тихон кот уже позавтракал и спит на коврике под входной дверью.
Там сквознячок слегка поддувает, поскольку все окна лестничной клетки открыты настежь.
Тихону жарко в пушистой рыжей шубе и он переворачивачивается пузцом вверх, задрав лапы.
В таком виде его и приходится оттаскивать вместе с ковриком от дверей, дабы выйти вон.
Тихон изволит нахально почивать, посему ни на что не реагирует и всех игнорирует. Зато, тишина.
   Мы пьём кофе. Телевизор трындит. Мы трындим тоже.
Скоро приедут дети и внуки. Наши разговоры и воспоминания о них, о маленьких.
О том, как младший внук, годиков трёх, как он свободно общался на русском.  Ещё не было подростковой зажатости.
Малыш выходил к нам на кухню и заявлял сурово:
"Наша Майя ( старшая сестра) - сто раза зараза!  И очень скотина! Она меня убидела."
Брал меня за руку и вёл в детскую, дабы увещевать и заклеймить позором злую Майю.
 А я пыхтела и сопела, из воспитательных побуждений. Сдерживалась я, чтобы не рассмеяться.
И чтобы попытаться педагогично высказаться. Когда на тебя придирчиво смотрят четыре глаза, готовых обидеться на несправедливость. И пролить обильные горькие слёзы.
Потом, Майя, 13-ти лет негодовала на маленького брата. А брат обличал Майю, которая  "опять убижает".
   В результате, оба обижались на меня и заключали перемирие против злой Люды.
А когда малышу было два годика...Как они пели с Майечкой свою любимую немецкую песню.
Наверное, это была очень красивая песня. Если бы не припев, который малыш на своём детском языке, вдохновенно распевал во всё горло. А звучало это так: " Пис-дююю, пис-дююю..."
  Каюсь, на меня нападали приступы истерического смеха. Нет, ну сначала, я...кашляла и отворачивалась.
А потом, всё равно срывалась... Не знаю, кто бы тут выдержал.
Малыш быстро усёк, что самое главное в любимой песне - это звучный припев. А самая восторженная поклонница душевного вокала, и верная слушательница, это - я.
Посему, услыхав любую красивую мелодию, малыш запевал любимый универсальный припев и пританцовывал в такт.
А зрители, в моём лице, хлопали - браво, браво!  И радовались... до слёз.
   Так мы пили утренний кофе и вспоминали.
Пока муж не спохватился: " Слушай, я так увлёкся, чуть салфетку не зажевал..."
И правда, телевизор словоблудствует, да ещё я стараюсь, погромче и подоходчивей...
А муж, меж двух орал, пытается завтракать.
Вот и увлёкся было.
Потом спохватился и помчался в лес за черникой.
   А за окном июль - макушка лета.
Цветут на газоне розы и лилии. Белая гортензия в пене белых соцветий, как вальяжная купчиха в пышном кружеве
бального платья. Начинают розоветь соцветия розовой гортензии. Эта дама - более изысканна и изящна.
Более прихотлива и капризна. И немудрено, при такой нежной красоте и при постоянном восхищении окружающих.
Зато добродушная простушка календула, во всех углах, где сама и насеялась, сама и цветёт, без претензий.
Ярко цветёт, обильно, вся светится от радости. Радуется жизни, тёплому лету и улыбается до ушей от счастья.
   И как же хорошо, что спала жара. Да и дождички стали перепадать. Взбодрились и люди и растения.
Нет, ребята, +35, это было слишком.
   Всем - удачного, счастливого, вкусного  июля!

Как стать "сверхчеловеком".

         Заинтересовала заметка: "Фридрих Ницше ( 1844-1900), немецкий философ",
                                               из статьи "Парадоксы разума":

    " Страдал шизофренией с манией величия.
      В помрачении рассудка, пил из сапога свою мочу.
      Испускал нечленораздельные крики.
      Прыгал и гримасничал. Шокировал окружающих дикими выходками.
           11 лет Ницше провёл в психиатрических клиниках. Под конец жизни мог составлять лишь простейшие фразы.
      Ницше подарил миру идею сверхчеловека - свободной, надморальной, совершенной личности,
      существующей по ту сторону добра и зла.
      Идея "новой морали" стала основой идеологии фашизма:
      - "больные и слабые должны погибнуть, сильнейшие - победить".

Оказывается, как это просто, осознать, что ты - сверхчеловек. Для начала надо чокнуться.
Потом из сапога напиться своей любимой целебной мочи. И, скакать до изнеможения, гримасничая и испуская вопли.
Трепещите недочеловеки, потенциальные сверхчеловеки уже скачут. Всё ещё скачут. И в процессе осознают, что уже сподобились и возвысились над недостойными. И  жаждут  надморальных подвигов.  во имя свободы для себя, совершенных.
А что будет дальше, поживём - увидим.
Психиатрическим клиникам, судя по всему, работы хватит.
Мания величия - болезнь заразная.